– Итак, что произошло?

– Они расспрашивали мужа, а он просто рассмеялся им в лицо. Сказал, что о своих финансовых делах ничего не знает, а его счета ведет Глэдис и…

– А что сказала Глэдис Фосс?

– Ничего. Обещала просмотреть счета, а потом оставила их до своего отпуска.

– Как долго она с ним работала?

– Четыре года.

– А сколько лет вы женаты?

– Пять лет.

– Вы не думали, что разделяете с мужем ответственность за некоторые дела?

Она рассмеялась:

– Не будем ходить вокруг да около, мистер Мейсон. Нет, я ни о чем не знала. И если б вы были знакомы с доктором Мальденом, поняли бы почему.

– Так почему?

– Он полагался только на себя. Не думаю, чтобы доверял свои секреты хоть кому-нибудь. Всегда говорил по существу и только то, что хотел сказать. Не более.

– Хорошо, – подытожил Мейсон. – Вы нарисовали предварительную картину, но все ходите вокруг да около того, о чем действительно хотели переговорить со мной. Теперь, надеюсь, перейдете наконец к главному.

Она спросила:

– Что бывает при утверждении завещания на имущество такого рода?

– Ваш муж оставил завещание?

– Да.

– Каковы его условия?

– Все до последнего цента достается мне.

– А страховка?

– Страховка недавно изъята и переписана на меня.

– Сумма страховки?

– Сто тысяч долларов. В случае самоубийства считается недействительной.

– Хорошо, – сказал Мейсон. – После похорон подадим заявление о назначении вас душеприказчицей его последней воли и завещания.

– А как быть с его собственностью? Допустим… Допустим, муж утаил какую-то сумму денег?

– Да, конечно, – сказал Мейсон, – государство принимает это во внимание. Оно не любит терять налог. Имею в виду как государственный департамент по налогам на наследство, так и бюро по годовым доходам. В случае смерти все сейфы опечатываются. Их вскрывают только в присутствии представителей департамента по налогу на наследство.